Category: еда

right

Моя американская жизнь

В мае этого года в издательстве «Омега-Л» вышла моя новая (четвертая по счету!) книга под названием «Моя американская жизнь. Записки русской феминистки».
Это сборник историй из моей американской жизни – весёлых и грустных, серьёзных и курьёзных, а также наблюдений и размышлений о человеческих характерах и типах, о бытии и быте «здесь» и «там».
Это единственная (пока!) книга, которую я написала лично про себя. Книга уже продается в московских магазинах.

Книга вышла очень маленьким тиражом. Ее пока ещё можно купить здесь:
http://www.ozon.ru/context/detail/id/140859749/
или здесь:
http://www.labirint.ru/books/586880/


Yana Anders. My American Life
right

Тбилисские диалоги - 2

Сидим с мужем в ресторане.
Муж: У вас есть ажандал?
Официант: Что, извините?
Я: Он имел в виду аджапсандал.
Официант: Да, конечно. Сейчас принесу.
Официант уходит.

Collapse )


5
right

Тбилисские диалоги 2019

- А как нужно правильно есть хинкали?
Collapse )



6
right

Таинственный буррито

Много лет назад, ещё до рождения нашего старшего сына, мы жили с мужем в Москве и снимали квартиру на Земляном Валу, недалеко от Курского вокзала, в доме, где находился в то время магазин «Людмила». Шагая по утрам мимо вокзала от дома к метро, мой американский муж ежедневно узнавал много новых русских слов и, приходя после работы домой, хвастаясь своими познаниями в русском языке, спрашивал у меня, что они означают. Я отказывалась их переводить. Слова были сплошь нецензурные.

Курский вокзал был для нас в то время чем-то вроде маяка: где бы мы ни были, отовсюду мы легко возвращались на метро домой. Главное было добраться до кольцевой линии, а там – вышли на Курской и пешком, быстро-быстро, через привокзальную сутолоку, мимо заснеженных бомжей, мимо пьяниц, валяющихся на тротуаре, мимо пышных тёток в дутых куртках, продающих у вокзала подозрительного вида пирожки... ещё чуть чуть – и уже дома!

Возвращаясь с работы домой на метро (почему-то сосбенно зимой!), я часто была голодной, как волк. Подъезжая к станции «Курская», я чувствовала, как у меня от голода сводит живот и кружится голова. Выходя из вагона, я уже не могла дотерпеть до дома и автоматически искала глазами что-либо съедобное. Неизменно моё внимание привлекал киоск «МЕТРО», который находился недалеко от эскалаторов. Учуяв запах жареного мяса и ещё чего-то острого и пряного, я, как маньяк, направлялась к киоску, на котором красовался рекламный лозунг: «И вкусно, и быстро, и прямо в метро!».

Collapse )



На фото: свежеприготовленные «бурритос – энчиладас», которые я только что достала из духовки (у одного уже откусан кусок).
right

Глинтвейн

Собрались с подругами под Католическое Рождество. Варили Глинтвейн. По оригинальному рецепту, со всеми полагающимися специями. Я заранее купила все необходимые ингредиенты: кардамон, гвоздику, корицу, несколько лимонов, яблок и апельсинов и две бутылки красного сухого вина “Cabernet Sauvignon”. Забыла купить брэнди, зато обнаружила в шкафу полбутылки коньяка “Napoleon” и под девизом «Используй то, что под рукой, и не ищи себе другой» решила проявить творческую инициативу.

Collapse )


Glentwein
right

В канун Рождества (Рождественские письма-2)

Недавно мой младший сын спросил меня:
- Мама, а Санта Клаус, действительно, существует?
- Наверное, существует, хотя я его никогда не видела, - ответила я.
- Но некоторые дети в него не верят и говорят, что Санта Клауса на самом деле нет.
- Ну и пусть говорят. Санта Клаус приносит подарки только тем, кто в него верит.
Больше вопросов сын не задавал. Он взял бумагу и карандаш и сел писать письмо Санта Клаусу. Через несколько минут письмо было готово.

Collapse )


DSCN4565_S
3





 
right

Когда в Нью-Йорке появляется клубника?

Недавно прочла у кого-то в блоге, что в Подмосковье уже (уже!) продают огурцы и задумалась: «А бывает ли в Америке время, когда НЕ продают огурцы?» Нет, такого времени в Америке нет. Огурцы продают всегда. Также, как и все остальные фрукты и овощи.

В связи с этим вспомнила шутку Жванецкого:
- Когда в Нью-Йорке появляется клубника?
- В шесть утра.

Это правда. В Америке нет понятия «не сезон». Здесь, что продают в магазине – тому и сезон.  А сезон здесь – круглый год. Не успеваешь соскучиться ни по клубнике, ни по огурцам – они всегда есть, всегда под рукой.

Единственное, по чему я успеваю соскучиться за год – это по грузинским помидорам, абхазским дыням, азербайджанским арбузам. Меня часто спрашивают московские друзья: «Чем отличаются американские фрукты и овощи от тех, что продают в России?
Проиллюстрирую это наглядно:

Collapse )




Tomatoes
right

Нет в мире совершенства!

«- А на той планете есть охотники?
- Нет
- Как интересно! А куры там есть?
- Нет.
- Нет в мире совершенства! - вздохнул Лис...»
(Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц»)


Ну, почему, почему в мире так устроено?  Невозможно получить всё в одном комлекте, всегда чего-то не хватает! Если вам повезло с погодой, то, вероятно, не повезло с гостиницей. Если повезло с гостиницей, то, возможно, попались беспокойные соседи. Если и погодой, и гостиницей и соседями вы довольны, то, скорее всего, питание было не на высоте.

В поезде Москва-Севастополь в купе работал кондиционер, зато туалет был в ужасном состоянии. В поезде Севастополь-Москва был идеально чистый туалет, но не было кондиционеров.
 
Несколько раз в Севастополе мы с сыном ходили в кафе и рестораны. И почти везде еда была очень вкусная! Зато обслуживание оставляло желать лучшего. Вот несколько эпизодов, произошедших со мной в различных кафе, магазинах и ресторанах.




Collapse )







7



right

Чашка кофе (рассказ)

Обычно я не выкладываю в интернете свои произведения. Но вот неожиданно решила поучаствовать в «Весеннем литературном конкурсе имени В. Гаршина от сообщества «Литокон»». Вот ссылка на этот конкурс:







Поэтому полностью выложила здесь один из своих рассказов «Чашка кофе». Кому не лень, можете прочитать и проголосовать, если есть желание. Предупреждение: оченьмногобукв (6 печатных листов)!

Яна АНДЕРС

Чашка кофе
Рассказ

                                                           «... С твоим голосом, телом, именем
                                                           ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
                                                           но забыть одну жизнь человеку нужна, как минимум,
                                                           еще одна жизнь. И я эту долю прожил...»

                                                                                                                    Иосиф Бродский

Она позвонила мне в начале апреля и сказала: «Я в Москве. Давай встретимся!». «Давай», — ответил я так, как будто ничего не случилось. — Когда ты улетаешь?». «Через две недели». «Я тебе перезвоню», — сказал я и не стал записывать её номер в память своего мобильного телефона. Я и не собирался ей звонить. Я не хотел её видеть. Вернее, очень хотел, но боялся. Боялся, что если увижу её снова, всё вернётся, и что она, как ураган Катрина, снова ворвётся в мою жизнь, сметая всё на своём пути, уничтожая то, что с таким трудом было восстановлено после последнего стихийного бедствия. «Лучше не начинать всё сначала, — подумал я. — Зачем бередить рану, которая уже почти зажила?». Поэтому я твёрдо решил ей не звонить и изо всех сил старался о ней не думать. Но чем больше я старался, тем больше я о ней думал. С того момента, как она позвонила, я думал о ней постоянно. У меня появилось такое чувство, будто где-то тикает мина замедленного действия, словно её телефонный звонок запустил невидимый часовой механизм, и неминуемый взрыв —теперь только дело времени.

Прошло почти две недели, и я уже надеялся, что она забыла про наш разговор и улетела обратно в свою Англию. Но она позвонила сама. «Я завтра улетаю, — сказала она. — У меня осталось совсем мало времени. Давай встретимся в нашем кафе, в том самом, помнишь?». «Хорошо, давай», — покорно ответил я, проклиная себя за своё малодушие. «Жду тебя там в семь часов», — уточнила она и положила трубку. Конечно, я помнил это кафе. Оно называлось «Стекляшка». Вернее, это мы с ней его так называли, потому что все стены в нём были стеклянные, а как оно называлось на самом деле, я не помнил.


Collapse )
right

Муж, совесть и новые туфли

У меня есть навязчивая идея: я всегда хочу купить себе новые туфли, всегда. Даже если у меня уже есть новые туфли.
В отношении покупки обуви у меня есть два основных сдерживающих момента: моя совесть и мой муж. Совесть мне подсказывает: «Зачем мне эти туфли? У меня ведь, кажется, похожие есть... Ах, да!» Приблизительно то же самое говорит мне мой муж: «Ну, зачем тебе эти туфли, зачем!? У тебя похожие уже есть!» «И правда!» , - спохватываюсь я.
То есть, муж часто выступает в роли моей совести и наоборот – совесть выступает в роли мужа. В последнее время я стала сильно подозревать, что моя совесть больше согласна с моим мужем, чем со мной. Этот факт меня очень огорчил, поэтому, чтобы пойти им наперекор, я пошла в магазин и купила себе новые чёрные туфли с ремешком впереди. Принеся их домой, обнаружила, что чёрные туфли с ремешком впереди у меня уже есть. На следующий день отнесла туфли обратно в магазин. Получилось, что правы оказались все, кроме меня. Муж и совесть победили, а я осталась в дураках.
Я стала подозревать свою совесть в тайном сговоре со своим мужем. И решила это проверить.
Недавно в кафе хотела съесть пироженое с кремом. Совесть отчётливо сказала: «Не ешь! Это отложится пониже груди или пониже спины!». Муж промолчал.
«Ну что ж, на этот раз они выкрутились, - подумала я. – Но когда-нибудь я обязательно их застукаю!»
Вечером, как обычно, сидела за компьютером и писала очередной пост. Муж сказал: «Слушай, ну хватит тебе за компьютером сидеть! Имей совесть!». Я прислушалась. А совесть ни гу-гу. Молчит и посапывает.
Ну, никак мне не удаётся их обоих поймать с поличным! «Ладно, - решила я. – Ещё не вечер!»
Вечером, когда дети легли спать, мне очень захотелось есть. Нет ничего вкуснее, чем харч, тайком добытый из холодильника в полночь! Когда муж был уже в постели, я прокралась на кухню, открыла холодильник, достала оттуда кусок копчёной колбасы, отрезала ножом несколько тоненьких ломтиков и съела почти все один за другим. Я уже собиралась положить в рот последний ломтик, а потом пойти и, как ни в чём не бывало, почистить зубы и лечь спать, как вдруг услышала в коридоре шаги: в дверях появился мой муж.
- А ты чего не спишь? – удивилась я.
- У тебя совесть есть? - спросил муж.
- Есть! - ответила я.
- Нет! - крикнула моя совесть.
- Нету у тебя совести! – возмутился муж. - Ты же мне ни кусочка не оставила!
- Да ладно тебе! – отмахнулась я. – Мне и самой мало было!
- Бессовестная! – ядовито процедила моя совесть.
- И не стыдно? – добавил муж.
«Ага! Попались голубчики! Теперь-то я знаю, что вы – два сапога пара!» - подумала я.
- Молчи! – приказала я совести.
- Это я должен молчать?! – нахмурился муж.
- Да, нет, это я не тебе!
Совесть и муж укоризненно посмотрели на меня и, тяжело вздохнув, удалились на покой. Муж – в спальню, а совесть – туда, где она обычно спит, - в глубины подсознания.
Теперь, пока оба спят, не съесть ли мне ещё несколько ложек варенья?