?

Log in

No account? Create an account
right

yana_anders


Яна Андерс

Записки русской феминистки в Америке


Previous Entry Share Next Entry
Чашка кофе (рассказ)
right
yana_anders

Обычно я не выкладываю в интернете свои произведения. Но вот неожиданно решила поучаствовать в «Весеннем литературном конкурсе имени В. Гаршина от сообщества «Литокон»». Вот ссылка на этот конкурс:







Поэтому полностью выложила здесь один из своих рассказов «Чашка кофе». Кому не лень, можете прочитать и проголосовать, если есть желание. Предупреждение: оченьмногобукв (6 печатных листов)!

Яна АНДЕРС

Чашка кофе
Рассказ

                                                           «... С твоим голосом, телом, именем
                                                           ничего уже больше не связано; никто их не уничтожил,
                                                           но забыть одну жизнь человеку нужна, как минимум,
                                                           еще одна жизнь. И я эту долю прожил...»

                                                                                                                    Иосиф Бродский

Она позвонила мне в начале апреля и сказала: «Я в Москве. Давай встретимся!». «Давай», — ответил я так, как будто ничего не случилось. — Когда ты улетаешь?». «Через две недели». «Я тебе перезвоню», — сказал я и не стал записывать её номер в память своего мобильного телефона. Я и не собирался ей звонить. Я не хотел её видеть. Вернее, очень хотел, но боялся. Боялся, что если увижу её снова, всё вернётся, и что она, как ураган Катрина, снова ворвётся в мою жизнь, сметая всё на своём пути, уничтожая то, что с таким трудом было восстановлено после последнего стихийного бедствия. «Лучше не начинать всё сначала, — подумал я. — Зачем бередить рану, которая уже почти зажила?». Поэтому я твёрдо решил ей не звонить и изо всех сил старался о ней не думать. Но чем больше я старался, тем больше я о ней думал. С того момента, как она позвонила, я думал о ней постоянно. У меня появилось такое чувство, будто где-то тикает мина замедленного действия, словно её телефонный звонок запустил невидимый часовой механизм, и неминуемый взрыв —теперь только дело времени.

Прошло почти две недели, и я уже надеялся, что она забыла про наш разговор и улетела обратно в свою Англию. Но она позвонила сама. «Я завтра улетаю, — сказала она. — У меня осталось совсем мало времени. Давай встретимся в нашем кафе, в том самом, помнишь?». «Хорошо, давай», — покорно ответил я, проклиная себя за своё малодушие. «Жду тебя там в семь часов», — уточнила она и положила трубку. Конечно, я помнил это кафе. Оно называлось «Стекляшка». Вернее, это мы с ней его так называли, потому что все стены в нём были стеклянные, а как оно называлось на самом деле, я не помнил.



Я подъехал к «Стекляшке» чуть раньше назначенного времени, припарковал машину, но не спешил выходить. Я сидел в машине и смотрел через лобовое стекло, пытаясь разглядеть её в застеклённом кафе. Мне необходимо было увидеть её издали до того, как я встречусь с ней лицом к лицу. Мне казалось, что это поможет мне сохранить самообладание при встрече с ней. Я узнал её почти сразу. Она сидела в центре, за столиком, поставив локти на стол и положив подбородок на скрещённые пальцы. Она была всё та же, только причёска была другая. На ней было что-то голубое. Она всегда любила этот цвет. Я вдруг вспомнил, что она тоже была одета во что-то голубое в тот последний вечер, после которого всё так резко изменилось.

Мы познакомились с ней на работе, она работала торговым представителем в отделе продаж, а я — администратором в отделе информатики. Началось наше общение в тот день, когда у неё возникли неполадки с компьютером. Я получил вызов, спустился на второй этаж, где находился её отдел, и подошёл к её столу.

— Какие проблемы? — спросил я её.

— Да вот, понимаешь, компьютер сдох! — огорчённо сказала она.

— Совсем?

— Да, похоже, что совсем.

— А ты его перезагружала?

— Конечно, перезагружала. Уже три раза. Ничего не помогает!

— Ладно, давай посмотрим.

Я сел рядом с ней и стал возиться с её компьютером. Я вышел в MS DOS и стал набирать на клавиатуре команды, в ответ на которые на чёрном экране возникали понятные мне строчки. Компьютер реагировал на мои команды, а это означало, что его можно оживить. Она следила за моими действиями с таким любопытством, словно я показывал ей фокусы.

— Дааа... Здорово у тебя получается! — сказала она, восхищённо глядя на меня.

— Что именно? — не понял я.

— Ну, то, что ты сейчас делаешь. Мне нравится, как ты общаешься с чёрным экраном!

Я рассмеялся. То, что было для меня элементарным, казалось ей каким-то чудодейством.

— А что значат вот эти значки? — она ткнула пальцем в экран.

— Ну, как тебе сказать... это я сейчас проверяю диск.

— Аааа... — протянула она. — А вот эти?

— Ну, понимаешь... Команды состоят из имени команды и, возможно, параметров, которые разделены пробелами. А скобками отмечаются необязательные элементы команд...

Сам не зная, почему, я вдруг стал подробно объяснять ей команды, при помощи которых я пытался реанимировать её компьютер. Она слушала меня, удивлённо подняв брови, с таким вниманием, словно я сообщал ей какую-то секретную информацию.

— Ну как? — через какое-то время спросила она. — Пациент будет жить?

— Пациент скорее жив, чем мёртв! — улыбнулся я.

— Ура!

С тех пор мы общались на работе каждый день. Обычно по утрам я приходил в офис раньше неё и ждал, когда она появится, заходил за ней в её отдел, и мы шли вместе по длинному коридору на кухню, чтобы налить себе кофе, болтали, шутили, договаривались, куда пойдём вместе обедать. Нам было интересно и легко друг с другом. Скоро наши отношения перешли из дружеских в более нежные, а через полгода мы стали настолько неразлучны, что уже не могли представить свою жизнь друг без друга. Когда я влюбился в неё? Даже не знаю. Мне кажется, я любил её с того самого дня, когда впервые её увидел. Мне кажется, я любил её всегда.

К ней подошёл официант и что-то сказал. Она подняла голову и что-то беззвучно ему ответила. Официант кивнул и удалился. То, что я видел за стеклом кафе, было похоже на сцену в немом кино. И ещё я вдруг представил, что наблюдаю за своей жизнью со стороны. Как если бы я умер и продолжал наблюдать за жизнью, в которой уже нет меня, но есть всё, что я считал «своим»: эта улица, это кафе и те, кто мне дорог. Вот она сидит, ждёт меня в кафе, а я не приду, потому что меня уже нет. Только она об этом пока ещё не знает. Догадывается ли она, что когда всё оборвалось и она уехала, внутри меня действительно что-то умерло?

Я не сразу заметил, что в наших отношениях что-то изменилось. Сначала мы стали реже встречаться. Каждый раз, когда я предлагал ей встретиться, она отказывалась, ссылаясь на какие-то неотложные дела. А потом она и вовсе перестала отвечать на мои звонки. Первое время я не придавал этому особого значения. Я решил, что она на что-то обиделась, и ждал подходящего случая, чтобы поговорить с ней об этом. Мы продолжали видеться каждый день в офисе, но я был загружен кучей новых проектов, и времени на общение в течение рабочего дня почти не было.

А потом был этот злополучный вечер у нас на работе. Что мы тогда праздновали? Кажется, восьмое марта. Я подарил ей цветы. Было шумно, играла музыка. Мы с ней танцевали. Меня что-то смутно беспокоило. Я заметил, что в ней что-то изменилось, но что именно, я не мог объяснить.

Она была всё та же: то же лицо, те же волосы, та же фигура. Но в ней появилась какая-то отстранённость: незнакомый блеск в глазах, непривычные нотки в голосе. В тот вечер она как-то уж слишком старалась быть весёлой, смеялась громче обычного, но это была какая-то наигранная весёлость, я чувствовал, что на самом деле ей совсем не весело. Когда мы отошли в сторону, я попытался её поцеловать, но она сказала, что на нас все смотрят, и ловко увернулась от меня. Мне показалось это странным: раньше её это не беспокоило, ведь в офисе все давно знали о наших отношениях. Я пытался спросить у неё, в чём дело, но она либо отшучивалась, либо делала вид, что ничего не слышит из-за громкой музыки. У меня было такое ощущение, что я участвую в какой-то театральной постановке, где все старательно играют свои роли, и только я один переживаю эту сцену по-настоящему, не осознавая, что это всего лишь театральное представление.

Я нутром чувствовал, что она от меня ускользает. Она всё ещё была со мной. Прикасаясь к ней, я ощущал тепло её рук, шелковистость волос, чувствовал лёгкий запах её духов. Но всё это уже казалось мне каким-то чужим. Её словно подменили. В тот вечер она уехала раньше меня, сказала, что у неё разболелась голова. Я вышел её проводить. Когда она садилась в свою машину, я задержал её руку в своей. Мне очень не хотелось расставаться с ней в тот вечер. Я словно чувствовал, что больше её не увижу.

А через несколько дней она позвонила, чтобы попрощаться...

Сидя в машине и наблюдая за ней через стекло кафе, я всё больше её ненавидел и чувствовал нарастающее желание завести мотор и уехать. Я понял, что именно так и сделаю, если сейчас же не заставлю себя выйти из машины.

Я открыл дверь «Стекляшки» и вошёл в кафе. Она сидела всё так же, скрестив пальцы рук. Она почти не изменилась. На ней был дымчато-голубой свитер. У неё была короткая стрижка, тёмная чёлка падала ей на лоб. И, хотя она отлично смотрелась с короткими волосами, мне стало жаль, что она остригла свои длинные пряди. Она показалась мне безумно красивой, такой красивой, что мне трудно было на неё смотреть.

— Катя! — тихо сказал я, подойдя к ней сбоку.

— Кирилл! Привет! — она улыбнулась так, словно мы расстались только вчера, хотя прошло уже три года.

Мы поцеловались, как старые друзья. Именно этого я твёрдо обещал себе не делать. Я так долго её ненавидел, что мне казалось: если когда-нибудь снова её увижу, то и пальцем не смогу к ней прикоснуться. А вот увидел — и вся моя ненависть вдруг куда-то испарилась. Я сел по левую руку от неё. «Надо было сесть напротив неё! — мысленно досадовал я на себя. — Лучше держаться от неё на безопасном расстоянии».

Снова подошёл официант. Мы заказали по большой чашке кофе: я — обычный капучино, а она — двойной.

— Это чтобы подольше не ложиться спать, — объяснила она. — Мне сегодня ещё чемодан собирать.

— Как всегда, в последний момент?

— Ну да. Ты же знаешь, я всегда всё делаю в последний момент. Традиция у меня такая.

— Ну как тебе Москва? — как можно беспечнее спросил я.

— Москва очень изменилась. Я заметила много новых зданий. И ещё мне показалось, что в Москве прибавилось народу. А может, я просто отвыкла, потому что давно здесь не была.

— А сколько лет ты не приезжала в Москву?

— Три года.

— Почему? Не было желания?

— Да нет, желание, конечно, было! Просто у меня родился сын, а лететь так далеко с маленьким ребёнком мне не хотелось.

— Сколько ему сейчас? — лелея смутную надежду, спросил я.

— Сейчас ему два года, — ответила она.

«Мы расстались больше трёх лет назад. Значит, он никак не может быть моим», — подумал я, испытывая одновременно и облегчение и разочарование.

— Как назвала сына?

— Коля. А по-английски — «Nick». Я специально выбрала такое имя, чтобы хорошо звучало и по-русски и по-английски.

Глупо, конечно, но я почему-то надеялся, что она назовёт сына «Кирилл».

— Расскажи лучше, как ты? — попросила она

— Я? Да нормально всё. Недавно женился.

— Поздравляю! А живёшь ты теперь где?

— Мы купили новую квартиру. В том же районе, где я жил раньше.

— А работаешь всё там же?

— Нет, из той компании я ушёл вскоре после того, как ты уехала.

— Почему?

— Мне неожиданно предложили новую работу с повышением. Зарплата выше и недалеко от дома, — соврал я. На самом деле зарплата была такая же, а на работу мне теперь приходилось ездить на другой конец Москвы. Просто я не мог больше выносить сочувствующие взгляды своих сослуживцев, когда она вышла замуж за англичанина и укатила с ним в Англию.

Она сидела совсем близко от меня. Чем больше я на неё смотрел, тем больше мне хотелось к ней прикоснуться. Я вдруг совершенно некстати вспомнил, что у неё под левой грудью родинка и что она боится щекотки в самых неожиданных местах.

— Не смотри на меня так, — сказала она. — А то я нервничаю.

— Я тоже.

— Ты мне ни разу не позвонил, пока я была в Москве, — сказала она, заглядывая мне в глаза.

— Знаю.

— Ты что, боялся меня видеть?

— Да.

— Почему?

— Не знаю. Наверное, ещё что-то осталось, — сказал я и тут же возненавидел себя за это, потому что только что выдал себя с головой.

— Я это почувствовала.

— Почему ты уехала? — спросил я. На самом деле я хотел спросить: «Почему ты выбрала его, а не меня?», но такая постановка вопроса была для меня слишком унизительна.

— Ну, понимаешь, мы с тобой были вместе уже два года и ты мне ничего не предлагал. А он предложил.

— И что же он тебе предложил? Особняк с дворецким и садовником, отдых на собственной вилле в Ницце и личный вертолёт? — зло съязвил я.

— Нет, ничего такого у него нет. Когда я вышла за него замуж, он был бедным студентом. Мы познакомились в Москве, где он изучал русскую литературу. Он предложил мне только себя и Лондон.

— То есть, тебе просто захотелось уехать за границу?

— Нет. Я просто влюбилась, — виновато улыбнулась она. — В Джона и в Лондон.

«Ах, у него, оказывается, есть имя! Джон! Ну, конечно, как ещё могут звать англичанина!? Конечно же, Джон!».

— Неужели тебе здесь жилось так плохо, что тебе необходимо было уехать в Лондон? — не унимался я.

— Дело не в том, что мне здесь жилось плохо. Мне здесь жилось нормально. Просто мне очень понравилась Англия. Знаешь, я же с детства учила английский, мы в школе заучивали наизусть целые тексты про Букингемский дворец, Биг-Бен, Тауэрский мост, Вестминстерское аббатство. И в моём воображении с детства существовал город, которого я никогда не видела, но знала о нём почти всё. А когда я первый раз приехала в Лондон, то обнаружила, что созданный в моём воображении город существует на самом деле! И оказалось, что выглядит он именно так, как я его себе представляла. Я даже знала, где находится мост Ватерлоо и как выйти с улицы Пикадилли к Трафальгарской площади! Я просто влюбилась в этот город и мне не хотелось его терять.

— Понятно. Значит, ты вышла замуж за Лондон! — продолжал язвить я.

— Нет. Я вышла замуж за Джона. Он — очень хороший человек и очень любит меня и сына. Лучше расскажи о своей жене, — переменила она тему. — Кто она? Чем занимается?

— Мою жену зовут Марина. По профессии она — бухгалтер. Работает в банке. Отлично готовит. У нас всё хорошо.

— Я рада за тебя.

Я, конечно, не стал ей говорить, что жена моя внешне чем-то напоминала мне Катю, и я, как дурак, надеялся, что она сможет мне её заменить. Но, женившись на Марине, я с запозданием обнаружил, что ничего общего с Катей, кроме внешнего сходства, у неё нет.

Мы заказали ещё по чашке кофе с пирожными и заговорили о нашей прошлой работе, о Катином смешном рыжем начальнике, которому всегда были коротки его брюки, и его секретарше, которая умело руководила своим шефом. Я старался вести себя непринуждённо, но отчётливо чувствовал, как на меня медленно и неизбежно надвигается ураган под названием «Катрина». Больше всего на свете в тот момент мне хотелось схватить Катю, крепко прижать её к себе и больше никогда никуда от себя не отпускать. Я подумал, что если я сейчас же что-то не предприму, то мина с часовым механизмом неизбежно взорвётся, и после этого взрыва мне снова придётся собирать себя по кускам. Когда Катя вышла в туалет, я посмотрел на часы. Мы проговорили целых три часа, а по моим ощущениям — не больше пятнадцати минут. Я подозвал официанта и попросил его вызвать по телефону такси.

Она вернулась, села на своё место и мы ещё какое-то время болтали, вспоминая общих знакомых. С некоторыми из них я какое-то время поддерживал связь, но постепенно мы начали общаться всё реже, а потом и вовсе перестали. Неожиданно в полумрак кафе ворвался свет автомобильных фар. Посмотрев в окно, я увидел, что к «Стекляшке» подъехала машина.

— Чёрная «Волга» номер 218, — сказал подошедший официант, и это прозвучало, как приговор.

— Что? — не поняла она.

— Такси подъехало. Вы заказывали, — напомнил официант.

— Да, я забыл тебе сказать, что я вызвал для тебя такси, — невозмутимо сказал я. — Извини, что не смогу тебя сам отвезти. Просто нам не по пути.

— Понятно... — растерянно сказала она, и я почувствовал, что ей не хочется уходить.

Я, конечно, мог отвезти Катю на своей машине, но мне хотелось поскорее с ней расстаться, чтобы не успеть к ней снова привыкнуть и не отдирать её потом от себя с мясом. Я чувствовал, что уже начинаю к ней привыкать и, если сейчас её от меня не увезёт такси, то мина с часовым механизмом неминуемо разорвётся, и завтра я снова буду, скрипя зубами, зализывать раны, ненавидеть себя за свою слабость и мучиться от сознания своего бессилия и неспособности что-либо изменить.

Мы медленно встали и пошли к выходу. На улице было темно и сыро, и я взял её за руку, чтобы она не оступилась.

— Почему ты мне позвонила? — спросил я.

— Я просто очень хотела тебя увидеть.

— Почему? — допытывался я.

— Наверное, ещё что-то осталось, — повторила она мою фразу.

Мы прошли по улице несколько шагов, взявшись за руки. Это было так естественно, как будто мы никогда не расставались. Когда мы подошли к машине, я отпустил её руку. Она потянулась ко мне в темноте, мы обнялись и стояли так несколько секунд. Я почувствовал, что она гладит меня по волосам.

— Ты сердишься? — спросила она.

— Уже нет, — соврал я.

Она поцеловала меня в шею. Мне не хотелось её отпускать.

— Ну, пока, — сказал я и почувствовал, как банально это прозвучало, словно мы расстаёмся до завтра.

— Прости меня, — сказала она.

Мне страшно хотелось её поцеловать, но она, казалось, была уже так далека от меня.

Я открыл перед ней дверцу машины, она села. Я заплатил таксисту, машина тронулась. Я стоял и смотрел, как она машет мне рукой из окошка такси. Было темно, и я не видел её лица. Когда такси скрылось за поворотом, я развернулся и пошёл к своей машине. Зачем она приехала? Я ведь уже почти перестал её вспоминать, а она взяла и вдруг объявилась. Всплыла на поверхность из пучины неизвестности. Я был зол на себя. Не надо было с ней встречаться! Нужно было придумать какую-нибудь отговорку: мол, занят или уехал куда-то. «Не думать! Не вспоминать о ней! — пытался приказать я себе. — Жить по-прежнему, как жилось без неё. Работа — дом — работа. Иногда жена...»

Из динамиков в машине доносилась знакомая музыка. Я сделал погромче:

«О несчастных и счастливых, о добре и зле.

О лютой ненависти и святой любви.

Что творится, что творилось на твоей земле.

Всё в этой музыке, ты только улови...»

КАТЯ, ОСТАНЬСЯ!

*      *       *

Ночное такси уносило её от него. Далеко-далеко, из той, прежней жизни. Ей очень хотелось выпрыгнуть из машины, вернуться и поцеловать ему руку за всё, что ему пришлось пережить из-за неё. Но сделать этого она не могла. Поэтому она послушно сидела в такси и следила за огнями, мелькавшими за окном. Она чувствовала, что частица её осталась там, с ним, на тёмной улице, возле стеклянного кафе. Он унесёт эту частицу с собой в свой новый дом, который она никогда не видела и никогда не увидит. Он будет жить с этой частицей так же, как и она продолжает жить с частицей его. Они останутся друг в друге, пока помнят друг друга. Пока помнят. Слёзы тихо покатились по её лицу. По радио звучало что-то знакомое.

— Пожалуйста, сделайте погромче, — попросила она водителя.

Водитель повернул ручку радиоприёмника, и она услышала:

«О несчастных и счастливых, о добре и зле.

О лютой ненависти и святой любви...»




* * * * * * * * * * * *
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *


UPDATE:   Ура! Я - победитель литературного конкурса имени Всеволода Гаршина (весна 2012 г.)!

За рассказ "Чашка кофе" я получила вот эти дипломы:





























  • 1
Пока читал, всё время крутилось что-то в голове, как мелодия. Как ритм какой-то знакомый, но неуловимый.И когда в заключении - строки Никольского, вот ей Богу, показалось, что этот "еле уловимый" мотив продолжился в песне. ...Ты только улови...

Браво. Надеюсь на победу в конкурсе.

Спасибо! Обожаю эту песню Никольского! Особенно пронзительно она звучит в Америке.

Завораживает - ну вот как? как писатели создают такие вещи?! Вы потрясающая! Рассказ понравился! Желаю победы!

Спасибо, мне очень приятно :)))

ЗдОрово, просто до слез... И как же это правда про "отдирать с мясом"...
Спастбо и победы Вам:)

Прекрасно...Очень понравилось!

Я рада! Спасибо.

неправда.
Киношно., без деталей.
Но цепляет.
и понравилось,
но....


Зачем расстала их?
Пусть бы хоть обнялись.., почувствовали бы ...вдох друг друга..
Злая Вы.


(шутка же..:)

Спасибо за ваше мнение. А злая не я, а жизнь :)

очень нравится Ваш рассказ(уже в Вашем журнале его читала, кстати)

Да, я в прошлом году здесь опубликовала кусок из него, а теперь вот, наконец - целиком.

(Deleted comment)
Да, жизнь такая!

У меня была подобная встреча в кафе. Вовсе это не киношно, вот именно так все и было... И фраза: у меня к тебе что-то осталось. Ох, прослезилась я. Спасибо Вам за чудесный рассказ.

И вам спасибо:)

Это лучшая из конкурсных работ!

Большое спасибо! Если есть желание проголосовать, то можно здесь: http://aprelena.livejournal.com/547320.html

Подписываюсь под предыдущим комментарием. Это лучшая из конкурсных работ!

Спасибо, мне очень приятно! Проголосовать можно здесь: http://aprelena.livejournal.com/547320.html

Замечательно!прочитала и проголосовала:))

Большое вам спасибо за поддержку!

Думаю, вот ведь как в жизни несправедливость прижилась, да?
Девушка- редиска!
Я всегда осуждаю девушек (в отношениях с мужчинами), потому, что сама девушка и осуждая их, учусь, мотаю на ус )
Она могла поставить любимого в известность, и, может быть, не пришлось бы лететь с другим в Англию. А, видимо, в Англию хотелось. А если самой хотелось, то "встречались 2 года, а ты мне ничего не предлагал" тут неуместно.
А вообще рассказ хороший )

Спасибо!
А по поводу девушки - не стоит судить её строго. Не имеет смысла сидеть и ждать, пока мужчина "созреет", если женитьба не входит в его ближайшие планы. Жизнь идёт, часы тикают. Можно и всю жизнь так прождать (как моя подруга), а мужчина и в 40 лет будет "не готов" к созданию семьи. Считаю, что девушка поступила правильно, взяла свою судьбу в свои руки. Пусть он теперь локти кусает! История, кстати, основана на реальных событиях :)

Очаровательная, очень романтичная вещь.
Где надо проголосовать? Я готов бежать туда. (Если, конечно, не нужен загранпаспорт, которого у меня до сих пор нет).

Спасибо, Володя! Слышать эти слова от тебя - матёрого профессионала! - приятно вдвойне! Если есть желание и время, проголосовать можно здесь:
http://aprelena.livejournal.com/547320.html (только перед тем, как голосовать, нужно ознакомиться с правилами голосования на этом линке, иначе твой голос может быть не учтен)

Мне понравилось.
Жизненно.

Спасибо! Я очень рада!

  • 1